Так кому же мешает отчество?

В межличностных отношениях очень многих русских людей заметно исчезает обращение по имени-отчеству, и началось это не вчера. Долг вежливости в диалогах граждан разных народов и национальностей предполагает обращение к человеку по обычаям его народа — и тогда устанавливается необходимый психологический контакт, создаётся обстановка взаимной доброжелательности и уважения, исключаются явные и скрытые обиды на этой почве. И народы, как правило, бережно хранят основные свои обычаи, сближающие сородичей.

Лично мне трудно определить какую-либо точку отсчёта, которая могла бы навести на понимание причин пренебрежения к этой исторически сложившейся традиции в культуре нынешних взаимоотношений русских людей. Помню, как ещё в шестидесятые-семидесятые годы неприятно поразил диалог между известным в те годы политическим обозревателем Леонидом Зориным и каким-то его заокеанским коллегой на входивших тогда в моду «телемостах». Когда американцы, англичане, немцы, будучи едва знакомы между собой, величают друг друга Биллами, Джонами, Гансами, — это их дело, и оно меня не трогает совершенно. Но когда убелённого сединой, высокоинтеллектуального доктора наук публично называли просто Леонидом, против этого восставала вся моя славянская натура, тем более что тогда подобное было в новинку. Конечно, американским законодателям государственных и общественных мод глубоко наплевать на то, как подобные несообразности воспринимаются в русском сознании, но почему мы-то должны следовать их образу и манерам бытового обихода? Где же элементарное национальное самоуважение?

Возможно, причина тут предельно проста и сводится к обычному для российской интеллигенции обезьянническому подражанию западным нормам взаимоотношений — ну обязательно же надо делать всё, «как в цивилизованных странах». Уж какое благое стремление — о чём бы и спорить? Но вспомним и из истории, и из литературы, как дорожил отчеством русский человек, видя в его употреблении применительно к себе персонально нечто такое, что для него стояло и стоило гораздо выше некоторых — и весьма значительных! — материальных выгод. Это очень выразительно и ярко показано в книге А.Н. Толстого и фильме о Петре Великом — в эпизоде, когда царь спрашивает отчество новоявленного купца Бровкина, едва не задохнувшегося при этом от волнения: «Дак ты меня по отчеству писать будешь?! Да мы тогда...» — и дальше зрителю ясно, что только за этот, казалось бы, малозаметный знак признания человек пойдёт в огонь и воду.

А сколько лет было молодой и ещё незамужней женщине в «Идиоте» Ф.М. Достоевского, которую все без исключения называли только Настасьей Филипповной? А как уважительно звучало обращение по имени-отчеству даже в самой отдалённой сельской глубинке, например, при первом знакомстве молодого человека с девушкой, а также сватовстве, когда он стремился ненавязчиво проявить своё уважение к её родителям, да и ко всему её роду, а также во многих других житейских ситуациях. Причём это практиковалось и в дворянско-помещичьем, и в крестьянском обиходе. Более того — по имени-отчеству молодых людей называли даже заочно, подчёркивая этим уважительные оттенки своего отношения. А вспомним солдатские письма с фронтов разных войн, которые приходилось вести русскому человеку, — при всём их простосердечии и, нередко, простодушии как степенно, почтительно и красиво звучали в них отчества родных и знакомых!

Помню, как в Бакинском институте усовершенствования врачей нам читала лекцию профессор — женщина весьма почтенных лет, и местные молодые врачи при обращении называли её Фатима-ханум, что нам, русским, казалось весьма необычным. Но в своей национальной среде люди разговаривали по обычаям своего народа, не подстраиваясь под общесоюзные правила, и это можно только приветствовать, иначе самобытную национальную культуру начнут неудержимо размывать всевозможные заимствования и подражания. И аналогичных примеров можно привести бесчисленное множество. А что мешает русским людям вести себя подобным образом?

Сложилось так, что в официальной обстановке подчинённые величают даже очень молодых начальников по отчеству, а сами такой чести с их стороны зачастую не удостаиваются. Но это не обычай, а издержки воспитания, и самовлюблённых начальственных субъектов надо вовремя ставить на место. Почему же в домашнем и соседском обиходе мы так легко расстаёмся с многовековыми традициями и позволяем себе превращать седого, нередко в «дедовском» возрасте и состоянии человека — в подростка либо и вовсе мальчишку, а также позволяем подобные вольности по отношению к себе? Несомненно, тон в таких поведенческих искривлениях задают выскочки телевизионной сферы. Противно и возмутительно видеть, как молодой, неопрятно вскудлаченный и небритый ведущий либо смазливая девчонка в этой же роли обращается с людьми, явно перешагнувшими сорокалетний рубеж как со своими дворовыми сверстниками, полностью игнорируя отчество. Когда-то, лет сорок назад, одним из первых этот телевизионный «этикет» вводил экранный завсегдатай — популярный распорядитель КВН Масляков, а сегодня так поступают практически все «говорящие головы» телеэкрана. И, что весьма прискорбно, не встречают никакого сопротивления — люди, воспитанные в русском национальном пространстве и на русских культурных ценностях, безропотно принимают эти бесцеремонно внедряемые и унижающие правила игры.
 
Не пора ли прекратить бестактные поведенческие вольности и начать с проявления элементарного самоуважения в любой ситуации, а тем более в публичном общении?

В.М. КОВАЛЕВ

Источник: svoim.info