Зарисовки одного судебного заседания или про гласность судопроизводства

Между майскими праздниками я получал в секретариате городского суда решение по делу, в котором принимал участие. Получив решение, в фойе заметил, что в соседнем кабинете (зале судебных заседаний) сейчас начнется заседание. Спонтанно возникло желание присутствовать. 

Уточнив у собравшейся группы открытость заседания я вошел в зал, и вот что из этого вышло.

Слушание оказалось уголовным, все расселись по своим местам: судья, прокурор, секретарь, 3 защитника (возможно адвоката), подсудимые (два лица цыганской национальности) в клетке, конвойные по бокам клетки, потерпевший и за его спиной «группа поддержки» подсудимых (человек 5-6), чуть поодаль на заднем ряду я. Судебное заседание было продолжением начатого с утра, дело судьей не объявлялось, поэтому я так и не понял  в чем подсудимые обвинялись. 

Теперь начинается самое интересное, первым делом (вместо объявления какое уголовное дело подлежит разбирательству) судья поинтересовалась у меня кто я и зачем!  После пояснений о моем желании воспользоваться гласностью судопроизводства в РФ путем присутствия на заседании и отсутствии обязанности представляться в соответствии с процессуальным законодательством, судья стала очень настойчиво интересоваться, что у меня находится в сумке, нет ли в ней записывающей аппаратуры. (у меня с собой была переносная сумка с компьютером размером примерно 20Х30 см). Я ответил, что ничего запрещенного не имею, иначе не прошел бы в здание суда, а вести аудиозапись в судебном заседании никому не воспрещено.

Вы бы только видели реакцию присутствующих, судья и защитники в 3 голоса (замечу слова защитникам никто не давал) стали  меня поучать о том, что аудиозапись можно осуществлять только с разрешения суда. Никакие пояснения действующего УПК не возымели никакого эффекта, пока я не сказал, что никакую запись я не осуществляю!

После того как рьяные участники немного успокоились, начинается заседание. Судья объявила о начале исследования доказательств — прослушивании записи телефоных разговоров (как я потом уже понял одного из подсудимых с потерпевшим). Ничего интересного, плохая запись, невнятный разговор, мало чего было понятно. Прослушивая третий разговор, примерно после 15 минут прослушивания судью осенило! Выключив запись, она видно заподозрив неладное, снова обратилась ко мне:

«Кто Вы и что здесь делаете?» Я в недоумении встаю: «Я уже все пояснил». Судья заявила, что я не имею права прослушивать чужие разговоры (это она узнала при прослушивании 3-й пленки?) После непродолжительной беседы судья все таки решила поинтересоваться мнением участников телефонных разговоров (подсудимого и потерпевшего) о моем присутствии при прослушивании. Получив ответ об их не желании моего присутствия, она потребовала меня удалиться.

Не имея дальнейшего интереса присутствовать на этом каламбуре, я не стал вступать в полемику по поводу вынесения определения о закрытом режиме части судебного следствия и удалился.

Вот так знают и применяют нормы УПК некоторые современные судьи и защитники.